|
||||||||||||||||||
|
 
|
  Замена референта Одним из механизмов речевого воздействия является неправильное установление референции адресатом коммуникации. Адресат в таких случаях ошибочно устанавливает референт для некоторого языкового выражения или ошибается в выборе актанта для некоторого предиката. В случае речевого воздействия такая ошибка планируется адресантом и ведет к конструированию признаковой модели, активизирующей некоторый д-сценарий.   Первый из рассматриваемых нами случаев – замена референта в сценарии внешнего адресанта. Пусть некоторый внешний адресант сообщил сценарий Scen1.eAnt, в котором признаковой модели M1 или лексеме L1 соответствовал референт R1. В высказывании адресанта коммуникации сценарий Scen1 может быть преобразован так, чтобы модель M1 или лексема L1 обозначали уже другой референт – R2. В этом случае сценарий Scen1 изменится и может привести к активизации того или иного д сценария. Если адресат не обнаружил замены референта, то он сочтет, что в исходном сценарии Scen1 обозначался референт R2, и что д сценарий активизируется именно мнением внешнего адресанта (Scen1.eAnt), а не описанием этого мнения в тексте адресанта (Scen1.eAnt:M.Ant). Рассмотрим пример [0171], где происходит прямая замена референта для высказывания внешнего адресанта. [0171] сотрудник Лужкова и бывший директор ФСБ Николай Ковалев говорит на пресс-конференции, что все это бред воспаленного сознания. Сестра убитого три года назад надеется, что в России ей скажут правду. Ковалев говорит: это бред воспаленного сознания. Сестра убитого хочет, чтобы убийство расследовали, и это — бред воспаленного сознания. Сестра убитого человека хочет, чтобы ей посочувствовали, это — бред воспаленного сознания. Это пусть немного однообразный, зато вполне исчерпывающий ответ Николая Ковалева. В данном примере при помощи косвенной речи осуществляется ссылка на высказывание внешнего адресанта ‘Николая Ковалева’ (eAnt('Николай Ковалев')) – Всё это бред воспаленного сознания, в котором референтом местоимения это являлось суждение 'сестры Пола Тэйтума' (обозначаемой в данном примере как сестра убитого) о 'причастности Лужкова к убийству Пола Тэйтума': Scen1('Лужков причастен к убийству Пола Тэйтума').Х('сестра Пола Тэйтума'). Таким образом, исходный сценарий внешнего адресанта имел следующий вид: Scen2('Scen1 – бред воспаленного сознания').eAnt('Николай Ковалев'). В данном примере реконструируется персональный сценарий для агента Х('сестра Пола Тэйтума'): Scen3(перс, 'надеяться, что Х'у скажут правду; хотеть, чтобы убийство расследовали; хотеть, чтобы Х'у посочувствовали').Х('сестра Пола Тэйтума'):M.Ant. Высказывание внешнего адресанта цитируется в данном примере четыре раза и дополнительно обозначается именной группой однообразный ответ, что кодирует критический элемент <Y>+кол-во д-сценария СУБЪЕКТ1: СУБЪЕКТ1(ContrG('Николай Ковалев'), AtG, Y('скрыть правду об убийстве, не допустить расследования убийства')).   Замена референта при речевом воздействии может состоять в неправильном установлении актанта для какого-либо семантического предиката. Ошибаясь в выборе правильного актанта, адресат приходит к построению признаковой модели, активизирующей д сценарии. Рассмотрим пример [0170]. [0170] Николай Ковалев выступил на пресс-конференции против людей, которые требуют тщательного расследования убийства их друга и родственника. На семантическом уровне предикат 'выступать против' может принимать в качестве второго актанта референт для действий или планов какого-либо агента. Если на синтаксическом уровне второй актант обозначен именем агента, адресат выбирает наиболее естественный персональный сценарий этого агента, в чем и состоит потенциальная неоднозначность такого предложения для адресата (ср. Иванов выступил против правительства – против каких действий правительства?). В данном примере выражение дополнительных признаков для модели второго поверхностного актанта ('люди, которые требуют тщательного расследования убийства их друга и родственника') с высокой вероятностью интерпретируется адресатом как персональный сценарий, против которого выступает 'Николай Ковалев'. Получаем следующие р-сценарии: Scen1(перс, 'требовать расследования').Х('друзья и родственники погибшего') и Scen2(перс, 'выступать против Scen1').eAnt('Николай Ковалев'). В результате сценарий Scen2 приводит к активизации д-сценария ОГРАНИЧ(ContrG('Николай Ковалев'), AtG, 'выступление против родственников и друзей погибшего', 'расследование убийства Пола Тэйтума'). В реальной предшествующей коммуникации персональный сценарий внешнего адресанта был иным. 'Николай Ковалев' выступал против 'обвинений в адрес Лужкова в убийстве Пола Тэйтума', то есть имели место следующие сценарии: Scen3(перс, 'обвинения Лужкова в убийстве').Х('друзья и родственники Пола Тэйтума') и Scen2'(перс, 'выступать против Scen3').eAnt('Николай Ковалев'). Таким образом, в данном примере осуществлена замена референтов, вместо сценария Scen3 в качестве второго актанта семантического предиката 'выступать против' адресат данного примера использует сценарий Scen1. В результате адресат приходит к построению признаковой модели, согласно которой 'Николай Ковалев' выступает против расследования убийства, что приводит к активизации адресатом д-сценария ОГРАНИЧ.   Замена референта может происходить при появлении в тексте нескольких языковых знаков, кореферентных с точки зрения адресата. При этом некоторые из этих знаков на самом деле будут относиться к одному референту, а некоторые знаки – к другому референту. Для создания иллюзии кореферентности, в свою очередь, могут быть использованы различные языковые механизмы. В частности, в примере [0029] для этого использована продуктивная полисемия 'глава государства/региона' – 'руководство государства/региона'. [0029] 1Все крики отчаяния чеченского официального руководства о том, что официальный Грозный не взрывал домов в наших городах, никого уже не трогают. 2Все знают, что президент Масхадов тут не при чем. 3Но все знают и то, что он в Чечне вообще не при чем. 4Об этом открыто говорит тот же Басаев. Пример направлен на фальсификацию высказываний внешнего адресанта – 'властей Чечни' Scen1('Чеченцы не причастны к взрывам жилых домов').eAnt1('чеченские власти') и на дискредитацию внешнего адресанта eAnt2('Масхадов'). В предложении (1) адресант фиксирует сценарий внешнего адресанта: Scen1. Данное предложение также направлено на активизацию д-сценария – именная группа крики отчаяния кодирует критический элемент <Y>+сила/+кол-во д сценария СУБЪЕКТ, что может приводить к его активизации: СУБЪЕКТ1('власти Чечни', AtG, Y('кричать о непричастности'), M1(цель, 'доказать непричастность чеченцев к взрывам')). В предложении (2) адресант подтверждает сценарий Scen1, при этом в левом контексте референция лексемы Масхадов определяется как 'официальные власти Чечни, Чечня' – на основании продуктивной полисемии 'глава государства/региона' – 'руководство государства/региона'. Таким образом, признаковая модель для лексемы Масхадов в предложении (2) может быть фиксирована как M2('власти Чечни/Чечня'), а сценарий, соответствующий предложению (2): Scen2('M2 не причастна к M3('взрывы')'). В предложении (3) под влиянием правого контекста производится смещение признаковой модели M2, приводящее к замене референта M2('власти Чечни') ? M2'('Масхадов'): Scen3('M2' не причастна к M4('дела в Чечне')). В результате адресанту удается построить сценарий Scen3('Масхадов не причастен к делам в Чечне'), дискредитирующий 'Масхадова' как политического лидера.   Ошибочное установление актанта адресатом коммуникации может использоваться для установления связи между двумя референтами или признаковыми моделями (см. рассмотрение этого явления в качестве отдельного механизма). При анализе текста ошибка адресата в установлении референции будет вызвана тем, что адресат склонен предлагать наиболее простой сценарий для связывания признаковых моделей. Если в тексте присутствуют несколько признаковых моделей, то более простой вариант состоит в том, чтобы связать все эти модели одним сценарием, тогда как более точное представление о денотативной ситуации могло бы потребовать построения нескольких сценариев. Рассмотрим пример [0012]. [0012] 1аПро кредитные карточки не пишут, 1бто есть кредитные отношения этим двум джентльменам никто не приписывает. В данном примере опора на нулевой сценарий в (1а) (см. использование нулевых сценариев) позволяет адресанту построить признаковую модель M1('кредитные отношения Лужкова и Евтушенкова'). Отдельные компоненты в составе модели M1 могут быть связаны различным образом. Сценарий кредитных отношений связывает две признаковые модели: модель кредитора и модель заемщика: Scen1('кредитные отношения', 'кредитор', 'заемщик') – в рамках сценария Scen1 осуществляется передача средств от 'кредитора' 'заемщику'. Поскольку сценарий Scen1 имеет две валентности на признаковые модели, наиболее простое применение его к модели M1 состоит в том, чтобы представить 'Лужкова' и 'Евтушенкова' как субъектов взаимных кредитных отношений. Возможны два варианта сценария: Scen2('кредитные отношения', 'кредитор - Лужков', 'заемщик – Евтушенков') или Scen3('кредитные отношения', 'кредитор – Евтушенков', 'заемщик – Лужков'). Оба варианта включают признаковую модель M2('перемещение денег между Лужковым и Евтушенковым') и активизируют д-сценарий ПРИСВ1(ContrG('Лужков, Евтушенков'), AtG, 'деньги'). Реальные кредитные отношения при использовании кредитной карточки выглядят сложнее: владелец кредитной карточки может выступать как 'заемщик' в кредитных отношениях, где банк – эмитент карточек – выступает как 'кредитор'. Имеют место следующие сценарии: Scen4('кредитные отношения', 'потенциальный кредитор - банк', 'потенциальный заемщик - Лужков') и Scen5('кредитные отношения', 'потенциальный кредитор - банк', 'потенциальный заемщик - Евтушенков'). Обратим внимание, что сценарии Scen1 и Scen1 не содержат признаковой модели M2, и, следовательно, не активизируют д-сценарий ПРИСВ. Таким образом, в рассматриваемом примере для речевого воздействия используется механизм, связывающий все имеющиеся в тексте референты активизируемыми р-сценариями. В результате опущенным оказывается важный референт 'банк', однако исключение этого референта приводит адресата к построению признаковой модели M2, активизирующей д-сценарий.   Адресант может подтолкнуть адресата к установлению неправильной референции для того, чтобы построить сценарий адресата (Scen.At:M.Ant - см. сценарии адресата) и в дальнейшем использовать признаковые модели этого сценария в собственном тексте. В частности, в примере [0152] адресант опирается на возможный сценарий адресата (Scen.At:M.Ant), в котором осуществлена неправильная референция, для того, чтобы обратить внимание на количество заказных убийств в Петербурге. [0152] 1аНа этой неделе в Петербурге произошли еще заказные убийства, 1бне то, которое Новоселова, вы помните, мы рассказывали. 2То было на прошлой неделе. 3А на этой неделе уже новые убийства. В (1а) адресант сообщает признаковую модель M1('заказное убийство в Петербурге'). В (1б) указывается, что референтом M1 не является R1('убийство Новоселова') – это уточнение вызвано моделированием действий адресата при анализе примера и предположением, что адресат может отнести модель M1 к референту R1: Scen1('M1.Ant соответствует референту R1').At:M.Ant. Далее в (3) сообщается, что имеют место несколько референтов R2, …, Rn (на неединственность референта указывает множественное число словоформ убийства в (1а) и (3)), соответствующих модели M1, однако, отличных от R1. В результате указание на множество заказных убийств формирует критический элемент <заказные убийства>+кол-во для р-сценария Scen2(<заказные убийства>+кол-во -> <безответственность действий губернатора Яковлева>+), что в итоге приводит к дискредитации 'Яковлева' и возможной активизации д-сценария БЕЗДЕЙСТВ(ContrG(‘Яковлев’), AtG, ‘защита от убийств, пресечение убийств’).   |
|||||||||||||||||
|
  |
||||||||||||||||||
|
||||||||||||||||||